Борис Пилипенко — украинский этнограф, художник и искусствовед, внесший весомый вклад в изучение и сохранение культурного наследия Черниговщины. Он развивал музейное дело, исследовал народные ремесла, собирал памятники традиционной культуры и активно участвовал в научных экспедициях. Период его творческого расцвета пришелся на украинское национальное возрождение 1920–1930-х годов. Однако жизнь ученого трагически оборвалась в жерновах сталинских репрессий: он погиб в урочище Сандармох. В этой статье на ichernihivets.com рассказываем о жизненном пути Бориса Пилипенко, его исследовательской и музейной работе, творческом наследии и обстоятельствах гибели.
Образование и начало научного пути Бориса Пилипенко: Киевский университет и Черниговская комиссия
Борис Пилипенко родился 16 июля 1892 года в Чернигове. Окончив местную гимназию, он поступил на юридический факультет Киевского университета Святого Владимира, курс которого завершил в 1918 году. Чтобы заработать на жизнь, молодой человек служил в банках и статистическом бюро Черниговского губернского земства. Впрочем, юриспруденция так и не стала делом его жизни: куда сильнее его привлекали искусство, история и украинские древности.
Первые шаги в науке Пилипенко сделал в Черниговской ученой архивной комиссии. Здесь под наставничеством историка Василия Модзалевского он постепенно сосредоточился на изучении народного искусства. Молодой ученый собирал сведения о традиционных промыслах, зарисовывал росписи украинских хат, орнаменты керамики, образцы вышивки и ковроткачества, а также помогал приводить в порядок архив Музея Василия Тарновского.

Параллельно Пилипенко развивался как художник. С 1912 года он состоял в Черниговском обществе художников, регулярно участвовал в выставках и представлял работы, где ключевое место занимали этнографические мотивы. Органичный союз художественной практики и глубокого погружения в народную культуру предопределил все его дальнейшие изыскания.
Формирование музейных фондов Чернигова в 1920-х годах: Этнографический и Исторический музеи
После революционных потрясений, в эпоху масштабной ломки устоев, перед Борисом Пилипенко встала архисложная задача — сберечь культурные и исторические ценности Черниговщины. В 1920 году он вступил в должность инструктора Черниговского губернского комитета охраны памятников искусства и старины. Работа требовала не просто энциклопедических знаний, но и организаторской хватки: нужно было находить и брать под охрану коллекции, рисковавшие бесследно исчезнуть.
Главным направлением его усилий стало создание Черниговского этнографического музея. Пилипенко приложил колоссальные усилия для комплектования фондов, а в 1922 году возглавил учреждение. Одновременно он включился в организацию Черниговского музея культов, основу которого составили прежнее епархиальное древлехранилище и реликвии, изъятые советской властью из монастырей и храмов.

В 1923 году Пилипенко объединил разрозненные собрания в единую фондовую коллекцию Черниговского государственного исторического музея, где до начала 1926 года заведовал этнографическим отделом. Помимо музейной работы, в 1923–1925 годах он руководил этнографической секцией Черниговского научного общества, а также читал курсы по истории искусства и архитектуры в Черниговском институте народного образования и Черниговском индустриальном техникуме.
Научные экспедиции Бориса Пилипенко: исследования мельничного дела, Полесья и колокола «Голубь»
Сфера научных интересов Бориса Пилипенко отличалась поразительной широтой — от деревянного зодчества до сельских промыслов. Вместе с известным археологом Юрием Виноградским он впервые комплексно обследовал ландшафтные памятники Приднепровья, кропотливо перенося на чертежи и зарисовки древнерусские городища, курганы и неолитические стоянки.
Основные направления исследований этнографа:
- Народное зодчество и ремесла: мельничное дело, традиции литейного производства, деснянский водный транспорт, история стеклоделия в Украине.
- Региональное наследие: исследование памятников Батурина, Любеча, Сосницы, Чернигова и сел Городнянского уезда (деревянная архитектура, шитье, писанкарство).
- Искусствоведение: анализ иконографии гетмана Ивана Мазепы, подготовка и издание альбома «Ксилогравюры Черниговского государственного музея» (1925 г.).
Весной 1928 года под руководством академика Дмитрия Багалея Пилипенко успешно защитил диссертацию «Мельничное дело на Черниговщине». Особой страницей в его биографии стали полевые сезоны 1929 и 1932 годов в составе Научной экспедиции по исследованию Полесья под началом Александра Оглоблина. В этих поездках этнограф подробно описывал редчайшие памятники, в том числе иконостас, вывезенный из Свенского монастыря.
Отдельного внимания заслуживает его глубокое исследование колокола Мазепы (знаменитого «Голубя», отлитого в 1699 году в Глухове) — ученый проанализировал его художественные достоинства и технику литья, однако при жизни автора этот обстоятельный очерк так и остался в рукописях.

Первый арест 1933 года и гонения на украинскую интеллигенцию в Харькове и Киеве
В конце 1920-х годов советский режим резко усилил давление на украинскую интеллигенцию. Под сфабрикованные обвинения в «буржуазном национализме» попали ведущие ученые, музейщики, историки и знатоки украинской культуры. Любая работа с национальной памятью, вековыми традициями и историческим наследием стала вызывать у власти параноидальные подозрения.
В этот сложный период Борис Пилипенко работал сразу в нескольких ключевых центрах культуры. В 1926–1927 годах он возглавлял Харьковский филиал Ассоциации художников Красной Украины и активно сотрудничал с Харьковским историко-художественным музеем. В 1929–1933 годах служил во Всеукраинском историческом музее имени Тараса Шевченко в Киеве, а позже — во Всеукраинском музейном городке.

В феврале 1933 года Пилипенко арестовали органы госбезопасности. Ему инкриминировали связь с так называемой «Украинской военной организацией» (УВО). Доказательной базы собрать не удалось, и в мае 1934 года ученого освободили. Но это была лишь временная передышка: впереди его подстерегала новая, смертоносная волна репрессий.
Соловецкий лагерь и расстрел в урочище Сандармох 3 ноября 1937 года
В апреле 1935 года последовал второй арест. На этот раз Борис Пилипенко оказался в числе большой группы украинских деятелей культуры, объявленных участниками «контрреволюционной организации». По сфабрикованному делу проходили поэты Николай Зеров, Павел Филипович, Марко Вороной и другие представители национального ренессанса. Им вменяли фантастическое обвинение — подготовку покушения на первых лиц УССР Павла Постышева и Станислава Косиора.
В феврале 1936 года военный трибунал Киевского военного округа приговорил Пилипенко к семи годам исправительно-трудовых лагерей. Наказание он отбывал в печально известном Соловецком лагере особого назначения (СЛОН). Даже в тяжелейших лагерных условиях этнограф не бросал ремесло: известно, что он оформил спектакль по пьесе Николая Погодина для местного театрального кружка.
Однако лагерным сроком террор не ограничился. 9 октября 1937 года особая тройка УНКВД по Ленинградской области вынесла Борису Пилипенко смертный приговор за «контрреволюционную деятельность».

Пилипенко включили в состав первого соловецкого этапа, насчитывавшего 1111 узников. Заключенных доставили через Кемь на станцию Медвежья Гора, а оттуда привезли прямо на полигон расстрела. 3 ноября 1937 года Бориса Пилипенко казнили в урочище Сандармох в Карелии. В тот страшный день оборвались жизни 265 соловецких узников — вместе с ним погибли режиссер Лесь Курбас, поэт Марко Вороной и десятки других выдающихся создателей украинской культуры.
Наследие Бориса Пилипенко: коллекции, пережившие репрессии
Несмотря на мученическую гибель Бориса Пилипенко, собранные им фонды до сих пор хранят память о его подвижническом труде. Музейные хранилища сберегли коллекции вышитых рушников, скатертей, традиционной одежды и предметов обихода XIX — первой половины XX века. Особую ценность представляют находки из сел Халявин и Брусилов на Черниговщине, а также мемориальные вещи, связанные с семьей Скоропадских.
Эти собрания остаются бесценным источником для понимания народного искусства и уклада украинцев. За каждым предметом скрывается колоссальный труд музейщика: полевой поиск, профессиональная атрибуция, подробная фиксация и спасение артефактов, которые без его бережных рук растворились бы во времени.

Борис Пилипенко всецело посвятил себя изучению украинской культуры и сбережению ее материальных свидетельств. Его научная и экспозиционная деятельность навсегда вошла в золотой фонд этнографического музееведения. Память об ученом дорога не только состраданием к его трагической судьбе в годы сталинского террора, но прежде всего тем богатейшим культурным наследием, которое он успел спасти для потомков.